«Недетские уроки»: каждый третий российский школьник сталкивался с травлей на учёбе

Общероссийский Народный фронт провёл социологическое исследование на тему, о которой обычно молчат. Опрошены 5,5 тысячи человек, и каждый третий признался, что над ним издевались в школе. Били, отбирали вещи и деньги, просто гнобили-обзывали. В наши дни ситуация усугубляется развитием социальных сетей, то есть травля не заканчивается за пределами школы. Как распознать, что с ребёнком явно что-то не так?

Книжный шкаф Марии буквально ломится от специальной литературы по психологии. Глубоко вникнуть в её тонкости пришлось три года назад: тогда после незначительной ссоры с одноклассницами 9-летняя дочь Марии пожаловалась, что те стали настраивать против неё остальных детей. А позже устроили смс-атаку.

— Начались сообщения ребёнку моему угрожающего характера с оскорблениями такого характера, что в нашей семье таких слов никто не произносит, и мой ребёнок таких слов просто даже не знал — нас с мужем это повергло в шок, — рассказывает Мария Волошина.

Мария тут же обратилась к родителям обидчиц и классному руководителю девочки, и всячески старалась оградить дочь от жестокости сверстниц. Дома девочку окружили максимальным вниманием: любимые игрушки, электронное пианино, добрые книги, наборы для рисования — всё было призвано нивелировать агрессию извне. Но это не помогало. Родители всерьёз задумались над переводом дочери в другую школу.

По словам Марии, разрешить конфликт помог педагог, который начал хвалить ученицу на занятиях за прилежность в выполнении заданий. Так постепенно авторитет девочки в глазах обидчиц только укрепился. Сама девочка вышла из всех общих чатов с одноклассниками, и наступило затишье. Правда, через год в её адрес опять посыпались оскорбления, но снова к проблеме вовремя подключился педагог и решил её. Сейчас девочка уже не общается с прежними подругами, хотя продолжает учиться с ними в одном классе, но подобных случаев больше не происходило.

Нередко так называемый булинг или травля не ограничиваются грубыми словами. Агрессия детей выплёскивается за границы разумного, как это произошло, например, в одной из школ Всеволожска. На кадрах любительской съёмки видно, как одноклассницы издеваются над 14-летней девочкой. После инцидента ученица даже сбежала из дома на несколько дней, чтобы не ходить на уроки.

Часто школьные конфликты имеют несколько слоёв. Два года назад скандал вспыхнул в 238-й школе Адмиралтейского района. Мать братьев-близнецов заявила о вопиющем — якобы одного из её сыновей душили старшеклассницы. В той истории всё оказалось не так однозначно. В частности, другие ученики и их родители пожаловались, что сами мальчики затерроризировали всю школу.

Неприятный случай произошёл в сентябре этого года в 573-й школе Приморского района — без насилия, зато с педагогами. Одна из учениц, заручившись поддержкой одноклассников, пожаловалась директору о плохой работе классного руководителя с просьбой его заменить, но диалог не сложился. Более того, девочку стали игнорировать другие ученики.

Общественники выяснили: каждый третий российский ребёнок подвергается травле в школе. Подобные испытания, говорят психологи, могут нанести серьёзный удар по психике.

— Он замыкается, не общается ни с кем в классе, постепенно может вообще оставаться дома, не хочет ходить в школу и теряет интерес к какой-либо дополнительной деятельности, так и долгосрочные последствия — тревожные состояния, депрессивные состояния вплоть до суицидальных тенденций, — заявил психолог Юлия Холодова.

Сценарий школьной травли, как правило, один и тот же — объясняют социологи. Жертва, агрессор и большое число наблюдателей.

— Лучший способ работы с булингом — это когда стоящие рядом, просто наблюдатели, вмешиваются, но может быть не прямо в драку, например, а потом говорят об этом агрессору, что это неправильно. Если наблюдатели скажут им, что это не круто, они начинают понимать, что это поведение неправильное, — считает профессор и заведующий лаборатории социологии образования НИУ ВШЭ Санкт-Петербург Даниил Александров.

Самый опасный вариант развития событий, говорят специалисты, это когда взрослые не вмешиваются в ещё зарождающийся конфликт, считая, что детские проблемы должны решать сами дети. Сегодня в школах максимально стараются этого избежать. Вместе с учителями работают психологи и социальные педагоги. Отдельные заведения идут дальше и создают специальные платформы для общения всех участников учебного процесса.

— Учителя, дети, родители, администрация лицея связаны одной единой платформой. Задать вопрос может родитель как учителю, так и директору школы. Ребёнок имеет доступ к вопросам для директора, учителя, родителя ребёнка. Коммуникация происходит всесторонняя, — поясняет директор ГБОУ лицею № 369 Константин Тхостов.

Но какая бы не была хорошая школа, как бы идеально не был выстроен учебный процесс, только родители способны заметить, что что-то идёт не так. Именно поэтому психологи просят выстраивать и поддерживать с ребёнком максимально доверительные отношения. Только если ребёнок будет знать, что может рассказать родителям о любых своих проблемах и получить их поддержку, он сможет противостоять любому негативу, с которым столкнётся не только в школе, но и потом во взрослой жизни.