Система трещит по швам: почему зумеры не доверяют пенсиям и чем это грозит остальным
Пенсия отстала от жизни
Первый «камень» в пенсионную систему этой осенью бросил депутат Госдумы, член Национального финансового совета Банка России Сергей Гаврилов. Он отметил, что современное поколение россиян — «зумеры» — могут остаться с мизерными пенсиями, и это заявление немедленно растиражировали СМИ. Однако также депутат указал и условие, при котором подобное может произойти: в случае, если индексацию пенсионных баллов заморозят или будет принято решение об их снижении.
— Формула страховой пенсии построена так, что итоговая сумма напрямую зависит от стоимости одного пенсионного коэффициента. Сегодня он индексируется и растёт, что позволяет хоть частично компенсировать инфляцию. Если же этот параметр будет снижен или заморожен, то пенсии миллионов граждан фактически окажутся урезанными, даже если формально слово «сокращение» никто не произнесёт, — пояснял Сергей Гаврилов.
Пенсионная система сегодня действительно сталкивается с многочисленными трудностями, особенно в части молодого поколения. Опросы показывают, что «зумеры» не доверяют пенсиям и планируют в старости подрабатывать, чтобы обеспечивать себе достойную жизнь. Это влечёт за собой последствия уже сегодня: недоверие приводит к тому, что выгода официальной занятости в виде отчислений в Социальный фонд не привлекает молодёжь. А это значит, что сокращаются поступления на выплаты пенсионерам текущего дня, и это видно по отчётности Социального фонда: при поступлениях в 12 трлн рублей расходы на выплаты превышают 17 трлн рублей.
— Проблема в фундаментальном несоответствии традиционной системы новым реалиям труда и жизни молодёжи. Молодое поколение чаще работает в гиг-экономике (фриланс, проектная работа, платформенная занятость). У них может не быть одного постоянного работодателя, который платит взносы. Их доход нерегулярен, а карьера фрагментирована. Они скептически относятся к тому, что государственная пенсия вообще будет к моменту их выхода на покой, и видят, что система трещит по швам, и не верят в её долгосрочность, — констатировал в беседе с 78.ru заместитель декана факультета экономики и бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ Хвича Харчилава.
Молодёжь сложно упрекать в недоверии к системе: даже если они лично не видели её крах в 1990-х годах, когда пенсионная система рухнула вместе с экономикой развалившегося СССР, то пример с заморозкой накопительной части пенсии в 2014 году достаточно показателен. Можно долго рассуждать о причинах такого шага, однако результат налицо — недоверие к системе пенсий в стране. В итоге молодёжь выбирает самозанятость или работать неофициально, что обескровливает систему уже сегодня.
— Молодёжь часто предпочитает тратить деньги на образование, путешествия, текущие нужды или инвестировать самостоятельно, а не «откладывать» в непонятную государственную пенсию с неясными перспективами, — пояснил Хвича Харчилава.
При таких вводных к старости современная молодёжь действительно может остаться с мизерной пенсией, ведь в течение жизни она не платит взносы и, соответственно, не накапливает пенсионные баллы. Но это — лишь вершина айсберга, и проблемы пенсионной системы связаны не только и не столько с молодёжью.
Кризис отложили, но ненадолго
Пенсионная система сегодня испытывает трудности, признали опрошенные 78.ru эксперты. Прежде всего по ней бьёт демографический кризис: доля молодёжи сокращается, доля пожилых людей — напротив, увеличивается. Соотношение работающих к пенсионерам ухудшается, а естественная убыль населения не восполняется. Это прямая угроза солидарной системе, где взносы работающих идут на выплаты нынешним пенсионерам, отметил Хвича Харчилава.
— Содержание растущего числа пенсионеров ложится тяжёлым бременем на бюджет и фонд оплаты труда. Повышение пенсионного возраста в 2018 году было попыткой решить эту проблему, но оно лишь «отложило» кризис, а не решило его полностью. Миллионы людей работают без официального оформления и не платят взносы в СФР. Рост самозанятости, фриланса, гиг-экономики — всё это выпадает из традиционной системы пенсионного страхования. Даже после индексаций пенсии многих россиян остаются на уровне прожиточного минимума, что не соответствует ожиданиям граждан, — указал эксперт.
Необходимость модернизации национальной системы пенсионного обеспечения граждан демонстрирует динамика такого индикатора, как соотношение среднего размера назначенных пенсий с величиной прожиточного минимума, отметила профессор кафедры экономики Президентской академии в Санкт-Петербурге, кандидат экономических наук, доктор социологических наук Людмила Липатова. В 2010 году, по данным Росстата, средняя пенсия была на 65 % больше величины прожиточного минимума, а в 2023 году — на 58 %. Динамика неутешительная и явно может стать ещё более неутешительной в ближайшей перспективе.
Есть вопросы и к самой работе Социального фонда, указала также Людмила Липатова. Главные вопросы к ней возникли у Счётной палаты.
— Из проверенных назначенных пенсий 1061 гражданина нарушения пенсионных прав выявлены в 171 случае (16,1 %). Выплаты недополученных пенсий составили около 3 млн рублей. Установлены факты незаконного отказа в назначении пенсии, затягивания рассмотрения документов о назначении пенсии и нарушение сроков проведения перерасчёта пенсии, связанных с нарушением (до 21 месяца) ПФР сроков отражения на счетах взносов, добровольно уплаченных гражданами на страховую пенсию в ПФР. Пенсионные права граждан нарушались не только при проведении перерасчётов в автоматизированном режиме, но и при назначении пенсий (то есть при наличии в ПФР всех документов не был выбран наилучший вариант расчёта пенсии за периоды до 2002 года), — перечислила эксперт.
Кроме того, не всегда осуществляются доплаты при увеличении ИПК за счёт изменений сведений в системе персонифицированного учёта, не всегда правильно проверяют суммы начислений после массовых перерасчётов, а по решению судов только за проверенный Счётной палатой период переведены обратно в ПФР из НПФ накопления 334 застрахованных лиц, при этом 304 человека потеряли доход от инвестирования в 11 млн рублей. Также после корректировки бывает и незаконное уменьшение размеров пенсии.
Всё это говорит о том, что изменения в системе пенсионного обеспечения россиян давно назрели, резюмировала Людмила Липатова. Но какими они могут быть?
Реформы назрели, но какие?
Пенсионная система России не единственная в мире, которая сталкивается с проблемами и необходимостью реформ. Так, среди мировых трендов, по словам Хвичи Харчилавы, сегодня выделяются три. Первый — это переход к многоуровневым системам по классической модели Всемирного банка, когда базовая пенсия гарантирует минимум против бедности и финансируется из налогов. Второй — формирование пенсий из взносов работодателя и работника. И третий — добровольные накопления, частные пенсионные планы и сбережения, то, что в России называют индивидуальными инвестиционными счетами и негосударственными пенсионными фондами.
— Чили, Казахстан перешли на полностью накопительные системы (хотя столкнулись с проблемами неравенства). Скандинавские страны, Нидерланды имеют мощные отраслевые пенсионные фонды, которые являются крупнейшими институциональными инвесторами. Австралия (супер-аннуитет): обязательные взносы работодателя на персональный пенсионный счёт сотрудника, — привёл примеры Хвича Харчилава.
В России тоже звучат различные предложения по реформированию пенсионной системы в стремлении её улучшить и «осправедливить». Так, депутат Сергей Гаврилов предложил пересмотреть регрессивную шкалу страховых взносов, чтобы крупные работодатели платили больше, а малый бизнес — меньше. Кроме того, он предложил ввести для самозанятых и индивидуальных предпринимателей автоматическое начисление минимального взноса, что должно расширить базу плательщиков.
Эти предложения подозрительно напоминают и даже укладываются в канву призывов реформировать систему ОМС, к которым недавно присоединилась даже глава Совфеда Валентина Матвиенко. Удивительного в этом ничего нет: обе системы тесно взаимосвязаны и являются государственными, построены на выплатах граждан и работодателей, так что и реформироваться, если до этого дойдёт, вероятно, будут вместе.
Технически реализовать введение более высоких тарифов страховых взносов для крупных компаний и более низких — для малого и среднего бизнеса возможно, согласился Хвича Харчилава. В конце концов, регрессивная шкала в России уже существует, ведь после определённой суммы годового дохода сотрудника взносы за него снижаются. Однако у этой идеи есть риски.
— Крупные компании могут дробиться на множество мелких юридических лиц, чтобы платить взносы по льготной ставке. Это распространённая практика для оптимизации налогов. Повышение нагрузки на крупнейшие компании, которые являются основными налогоплательщиками и работодателями, может привести к замедлению роста зарплат, сокращению инвестиций в развитие, росту цен на их товары и услуги, — перечислил риски эксперт.
Наконец, более высокая нагрузка может подтолкнуть компании уходить «в тень», с чем так усиленно и в целом результативно боролась и Налоговая служба, и законодательная власть. Но сейчас бремя обеспечения бюджета легло именно на крупные компании, и это притом, что самые крупные налогоплательщики с 2022 года из-за санкций и международной нестабильности сталкиваются со снижением своих доходов. Налагать на них новые обязательства по выплатам, причём не разовые, как уже было в 2023 году, а постоянные — гарантированно нанести удар и по ним, и по бюджету.
Без доверия всё бесполезно
Причины кризиса Пенсионной системы в России — системные и долгосрочные, и чтобы их преодолеть, потребуется много времени и сил для преодоления их источников. Так, к примеру, придётся победить демографический кризис, а это масштабная задача, с которой не справляются и крупнейшие экономики мира.
Но есть и другой способ, по крайней мере, на время обеспечить стабильность системы: реформировать её в соответствии с мировыми трендами.
— Развитие многоуровневой системы — это главный тренд. Государство должно чётко определить свою роль как гаранта минимальной пенсии, а для достойного уровня жизни стимулировать граждан к формированию пенсий через 2-й и 3-й уровни, — считает Хвича Харчилава.
Второй и третий уровни — это добровольные накопления в инвестиционной системе. Среди них, к примеру, программа долгосрочных сбережений, которую ввели 1 января 2024 года, — добровольный финансовый продукт для граждан России, позволяющий формировать долгосрочные сбережения и получать дополнительную прибавку к пенсии. Она включает государственное софинансирование взносов граждан до 36 тыс. рублей и налоговый вычет от 52 тыс. рублей.
— С 1 января 2025 года ставки налога на доходы будут варьироваться от 13 % до 22 %. Например, налогоплательщик с вычетами в 400 тыс. рублей и доходом по ставке 22 % сможет вернуть 88 тыс. рублей налога. Государство гарантирует сохранность средств и доходов от инвестирования до 2,8 млн рублей, с возможным увеличением гарантии за счёт пенсионных накоплений и софинансирования, — пояснил в беседе с 78.ru доцент Финансового университета при Правительстве РФ Пётр Щербаченко.
Однако ПДС сталкивается всё с теми же проблемами, что и классическая пенсионная система. Потенциально это действенный инструмент, но население не доверяет фондовому рынку и не понимает механизмов долгосрочного инвестирования, отметил Хвича Харчилава.
— Люди боятся, что правила снова изменятся, как это было с накопительной пенсией в 2014 году. У многих граждан просто нет свободных средств для долгосрочных вложений. Чтобы программа работала, госфинансирование (например, «метка плюс») должно быть существенным и понятным, — считает эксперт.
Сегодня софинансирование в 36 тыс. рублей не назвать существенным, кроме того, и над доверием к фондовому рынку, и над повышением финансовой грамотности требуется много и тяжело работать. А для этого — проводить масштабную образовательную кампанию и, главное, обеспечить стабильность «правил игры». Именно стабильность — залог доверия к любому финансовому продукту, особенно связанному с государством. Без этого любые накопительные программы обречены на провал, указал Хвича Харчилава.
И в целом — провал ждёт и пенсионную систему, если не обеспечить ей доверие. Можно сделать многое: создать гибкие механизмы для уплаты взносов, ввести упрощённые тарифы, стимулировать более поздний выход на пенсию через бонусы за более долгую работу, развивать цифровые платформы для управления пенсионными активами. Но все нововведения будут работать только в одном случае: если россияне, особенно нынешнего поколения, станут доверять системе. И выполнить эту задачу может быть даже сложнее, чем победить демографический кризис.