«Людкин муж», тайные романы и отказ от лечения: каким на самом деле был Олег Янковский

Олег Янковский был в буквальном смысле «белой костью»: его отец-поляк Ян (впоследствии взявший русское имя Иван) служил гвардейским офицером при царе и воевал в Первую мировую бок о бок с Тухачевским. Именно эта связь стала причиной всех бед семьи Янковских: отца репрессировали как «опасного элемента», а семья оказалась в казахстанской ссылке — в Джезказгане, где в 1944 году и родился Олег.

О своих польско-белорусских дворянских корнях артист не забывал никогда и не раз признавался, что ощущает себя потомком старого рода, хоть советская система и сделала всё, чтобы стереть это прошлое.

Из ресторана — в кино

Вся карьера Янковского — цепочка невероятных совпадений. В театральный вуз он попал, в общем-то, случайно: узнал, что туда тайком поступил его средний брат Николай, и тоже пошёл подавать документы, причём успел буквально в последний день. Комиссия приняла его, а не брата.

В кино Олегу сопутствовала всё та же мистика: на гастролях во Львове Янковский зашёл пообедать в ресторан, где случайно оказался режиссёр Владимир Басов, который как раз не мог найти артиста «арийского типажа». Ассистент режиссёра отправился наводить справки и невероятно удивился, узнав, что молодой человек — актёр. Уже через несколько дней Янковский без всяких проб был утверждён на роль немецкого офицера Шварцкопфа в «Щите и мече», а сразу после выхода картины на экраны проснулся знаменитым.

Однако за этим стремительным взлётом стоял колоссальный труд, о котором мало кто знал. Дело в том, что Янковский на заре карьеры говорил с заметным просторечным говором, коверкая некоторые звуки и слова — влияние дворовой среды Джезказгана и провинциального Саратова давало о себе знать. Педагоги театрального училища вообще поначалу в нём сомневались: мол, с такой жуткой дикцией на большой сцене делать нечего. Но будущий актёр занимался артикуляцией и постановкой голоса с маниакальным упорством, часами читая вслух и репетируя перед зеркалом. Так что тот самый бархатный баритон, который потом сводил с ума миллионы зрительниц, был вовсе не природным даром, а результатом многолетней работы над собой.

«Людкин муж»

Долгие годы в Саратовском театре, куда Янковский попал по распределению, он существовал в тени более известной супруги. Его жена Людмила Зорина была примой, на её спектакли раскупали билеты, поклонники дежурили у служебного входа. Сам же Олег получал лишь второстепенные роли, и коллеги за глаза называли его уничижительно «Людкин муж».

Всё изменилось в 1968-м, когда вышли сразу «Щит и меч» и «Служили два товарища»: Зориной пришлось пожертвовать позицией примы в Саратове и переехать в Москву вслед за мужем — в «Ленком». Там роли поменялись: она стала «женой того самого Янковского».

Мюнхгаузен без страховки

На роль барона Мюнхгаузена Янковский попал не сразу — телевизионное начальство поначалу категорически не хотело его утверждать. Но режиссёр Марк Захаров сумел настоять на своём выборе, и не пожалел: на площадке Янковский оказался одним из самых азартных, много импровизировал, озорничал и даже лез на высоту без дублёра и страховки.

— Я сам сначала попробовал — ступеньки из-под ног уходят, страшно. Но Янковский без страховки поднялся на приличную высоту, — вспоминал Захаров о сцене с верёвочной лестницей.

Часть съёмок проходила в Германии — неподалёку от родины настоящего барона.

Однако когда фильм был готов, его едва не зарезала цензура. Пришлось выкручиваться: когда ленту сдавали самому высшему телевизионному начальству, намеренно использовали черновую фонограмму, в которой часть реплик звучала неразборчиво. Картинка цензорам понравилась, а «опасные» фразы они попросту не расслышали. Именно поэтому крамольные по советским меркам диалоги о власти, свободе и толпе дошли до зрителя в целости.

​«Бермудский треугольник»: как снимали «Полёты во сне и наяву»

Роль Сергея Макарова в «Полётах во сне и наяву» (1982) стала одной из самых личных и мучительных в карьере Янковского. Режиссёр Роман Балаян признавался, что изначально видел в этом образе Никиту Михалкова, но увидев Янковского в другой картине, немедленно изменил решение. Актёр принял предложение с неохотой: сниматься у малоизвестного режиссёра считал ниже своего тогдашнего статуса звезды.

Съёмки во Владимире обернулись настоящим испытанием на выносливость: Янковский практически не спал и мотался по поездам, так как одновременно репетировал в «Ленкоме» и снимался ещё в нескольких проектах. Этот период он сам называл «Бермудским треугольником»: работа затягивала и не отпускала. Балаян, по словам очевидцев, намеренно держал актёра на грани физического истощения, чтобы усталость и опустошённость сорокалетнего героя была не наигранной, а настоящей. Результат потряс критиков, в том числе зарубежных: фильм получил призы на нескольких международных фестивалях.

Тарковский бросил его в Риме

Работа с Андреем Тарковским была для Янковского невероятным опытом, но при этом превратилась в психологическое испытание. Перед съёмками «Ностальгии» режиссёр намеренно оставил Янковского одного в Риме на целый месяц, без знания языка и почти без денег. Тарковский хотел, чтобы актёр пережил настоящий шок одиночества и потерянности в чужой стране.

Когда режиссёр вернулся, Янковский действительно чувствовал себя растерянным, брошенным и забытым — именно это состояние и требовалось для роли. В «Зеркало» же Тарковский пригласил его из-за внешнего сходства с собственным отцом — поэтом Арсением Тарковским.

«Вот это роль!»: последняя роль перед смертью

Финальная роль Янковского в кино стала, по мнению многих критиков, вершиной его творчества. В фильме Павла Лунгина «Царь» он сыграл митрополита Филиппа — друга детства Ивана Грозного, осмелившегося противостоять царскому террору. Лунгин вспоминал, что роль давалась актёру мучительно тяжело: Янковский уже знал о своей болезни и снимался, преодолевая боль.

— Он просто разрывает себе душу. Его последние сцены заставляют людей плакать. Я видел на премьере, как плакали не только русские, но и французы, — говорил режиссёр.

Стоит учесть, что герой Янковского на протяжении всей картины почти не говорит — только молчит и смотрит.

— По большому счёту, Филипп произносит слова один раз, а после этого умирает. Нужно было сыграть молчание. И сыграть так, чтобы каждый понял, что происходит в его душе. Мне кажется, Янковский смог это сделать, — признавал Лунгин.

Мировая премьера «Царя» состоялась в Каннах 17 мая 2009 года. Янковский в это время уже был при смерти, а потому так и не увидел, как зал аплодирует стоя. Но незадолго до смерти он успел сказать о роли Филиппа только три слова: «Вот это роль!»

Последний народный артист СССР

Интересный факт: Олег Янковский стал последним человеком в истории, получившим звание «Народный артист СССР». Указ был подписан 21 декабря 1991 года — за несколько дней до официального распада Советского Союза. Актёр, по словам знавших его людей, сначала даже думал отказаться: звание страны, которой уже нет, казалось абсурдом. Но узнав, что первым народным артистом был Станиславский, передумал.

Романы на стороне, аборты любовниц и скандальная книга

Официально Олег Янковский всю жизнь прожил с одной женой, но ни для ни кого не было секретом, что за имиджем верного мужа скрывалась бурная личная жизнь. Коллеги рассказывали, что Янковский крутил романы направо и налево, правда, в основном с гримёршами, ассистентками, даже уборщицами, а вот актрис сторонился — боялся громкого скандала.

Впрочем, избежать огласки не удалось. Однажды актриса Елена Проклова, звезда фильма «Будьте моим мужем», публично призналась в двухлетнем романе с актёром. По словам артистки, она сделала от него аборт 2 сентября — прямо в свой день рождения.

— Он стоял под окном больницы и просил этого не делать. Но я решила: этого не должно быть, — говорила она.

Актриса Елена Костина, партнёрша Янковского по «Полётам во сне и наяву», тоже рассказывала, что между ними был яркий, но бурный роман, оставивший след на всю жизнь.

В нулевых разгорелся новый скандал: актриса театра «Сатирикон» Елена Войновская родила сына, но имя отца мальчика скрывала. Однако её мать открыто заявила, что отец ребёнка — Янковский. Мальчика, по её словам, назвали в честь актёра.

Параллельно всплыла громкая история с продюсером Марком Рудинштейном: в своей скандальной книге «Убить звезду» он рассказал, что на «Кинотавре» держал специальные номера для тайных встреч знаменитостей, и у Янковского якобы была договорённость — кодовое слово «поработать с документами» означало просьбу дать ключ. Книгу, в которой продюсер выставил на публику немало грязного белья российских звёзд, быстро изъяли из продажи, но это не помешало сплетням распространиться по соцсетям.

Людмила Зорина была в курсе похождений мужа — сплетники исправно доносили подробности. Ночами она плакала, но на публике сохраняла безупречную выдержку, уверяя всех в любви Олега. Сам Янковский не делал из ситуации тайны и в целом не видел проблем в своих многочисленных романах: называл себя однолюбом, признавался, что «грешен», но повторял одно — семью не бросит. И слово сдержал.

Узнав о страшном диагнозе, отказался от лечения

Беда подкралась незаметно. Когда Янковский обратился в московскую клинику с жалобами на самочувствие, врачи нашли лишь «небольшие проблемы с сердцем». Но несколько месяцев спустя картина оказалась совершенно иной и очень страшной: рак поджелудочной железы на поздней стадии.

Немецкие врачи провели курс лечения и добились временной ремиссии — актёр даже вернулся на сцену «Ленкома» и продолжал играть. Но вскоре болезнь вернулась, и тогда Янковский сознательно отказался от дальнейшего лечения: он принял неизбежное и захотел провести последние месяцы рядом с семьёй, а не в больничной палате. «Советский Мюнхгаузен» умер 20 мая 2009 года, в 65 лет.

Утром в день похорон гроб сначала привезли в храм Николая Чудотворца в Хамовниках — там прошло отпевание в узком семейном кругу. Затем траурный кортеж специально заехал во двор дома, где жил актёр. Долгий гудок прорезал утреннюю тишину — это Янковский навсегда прощался со своим домом. К десяти утра гроб установили на сцене «Ленкома», и началось прощание.

Проститься с Олегом Янковским пришли тысячи людей — коллеги, зрители, журналисты. Очередь от входа в театр вытянулась до Садового кольца. И поклонники, и друзья не сдерживали рыданий.

Сергей Гармаш сказал сквозь слёзы:

— Прости, Олег, что наша любовь не спасла тебя, не сделала чуда, в которое все верили.

Рядом рыдал Владимир Машков, а в последнем ряду совершенно отрешённо и в полном одиночестве скорбел Олег Меньшиков.

Леонид Броневой, который был более чем на 15 лет старше Янковского, недоумевал: «Почему судьба вот так распоряжается?» и закончил речь словами:

— Я не говорю тебе «прощай», я говорю «до свидания».

Марк Захаров попросил проводить Янковского аплодисментами — ими и завершилась церемония: когда гроб выносили из театра, толпа на улице разразилась овацией. Актёра похоронили на Новодевичьем кладбище.

«Пожалеешь, что не осталась»

Уже после смерти актёра в публичное пространство вышли истории другого рода. Актриса Людмила Шевель рассказала, как на фестивале «Созвездие» пьяный Янковский ломился к ней в номер с предложением «заняться любовью», а получив отказ, не постеснялся сам рассказать об этом всем вокруг.

Журналистка Яна Вербова вспоминала, как во время интервью в гостиничном номере Янковский схватил её за руку, а когда она вырывалась и разбила вазу, он бросил ей вслед: «Пожалеешь, что не осталась на ночь». Марина Яковлева описывала, как у лифта он внезапно «набросился с поцелуями» — успокаивать разгорячённого артиста пришлось Александру Абдулову.

​Происходили эти инциденты в реальности или были выдуманы падкими на упоминания в СМИ актрисами — неизвестно, ведь сам герой сплетен уже не может ничего подтвердить или опровергнуть. Впрочем, эти слухи никак не повлияли на огромную народную любовь к Янковскому: для миллионов зрителей и особенно зрительниц он навсегда останется эталоном мужской красоты, интеллигентности и благородства.

Наследники Янковского и зловещие удары судьбы

Сын Олега Янковского, Филипп, стал известным режиссёром и актёром. На его долю тоже выпало немало испытаний: Филипп много лет лечился от лимфомы третьей стадии. А в январе 2025 года от рака умер Игорь Янковский — племянник Олега Ивановича. Людмила Зорина, которой в этом году исполняется 85 лет, после смерти мужа на публике появляется редко и почти не даёт интервью, предпочитая хранить молчание.

Творческую эстафету подхватил внук — Иван Янковский, сын Филиппа и актрисы Оксаны Фандеры, родившийся в 1990 году. Сам дед успел разглядеть его дарование: Иван в 10 лет сыграл небольшую роль в режиссёрском дебюте самого Олега Янковского — фильме «Приходи на меня посмотреть» (2000). Позже, когда Иван снимался в фильме «Индиго», дедушке даже запретили публично комментировать работу внука — чтобы не создавать лишнего давления.

Иван приложил много усилий, чтобы его перестали сравнивать со знаменитым предком, и это ему удалось. В 2016 году он получил «Золотого орла» за роль в триллере «Дама Пик», а сегодня он уже пятикратный лауреат этой премии. Настоящий прорыв случился в 2023-м: криминальный сериал «Слово пацана: Кровь на асфальте», в котором Иван сыграл Вову Адидаса, стал главным культурным событием года в России.

— Он очень много чего дал мне, — говорил Иван о деде. — Я смотрел на него и понимал, что это такое — быть настоящим.

Сегодня критики называют Ивана одним из самых перспективных актёров своего поколения. А сам Янковский-младший делает всё, чтобы дед гордился им.