«Агрессивные, недружелюбные и грубые»: приезжие рассказали, что думают о петербуржцах
За «гречку» и «Питер» могут дать по шее
Первое, что бросается в глаза — языковой пуризм. В соцсетях ходят легенды о том, насколько петербуржцы придирчивы к словам: мало того что по одной фразе легко вычисляют, местный перед ними или гость, так ещё и любят отругать или укорить за неверное произношение — например, «Обводно́й канал» вместо «Обводный».
Особенно быстро глаза «локалов» наливаются кровью, когда их любимый Петербург легкомысленно называют «Питером», а их самих — «питерцами».
— Все коренные, кого встречала, не произносят (и не любят) «Питер». Они говорят исключительно «Петербург», — рассказала одна из приезжих.
Также общеизвестно, что в присутствии «настоящих петербуржцев» лучше на всякий случай избегать сокращений вроде «Васьки», «Техноложки» и «Балтов», иначе есть риск нарваться на полноценную лекцию с филологическим подтекстом и историческим экскурсом в прошлое.
Впрочем, таковы не все: в соцсетях некоторые горожане, даже из числа «коренных», признаются, что и сами порой для краткости употребляют и «Питер», и «Петрогу», и «Грибанал», и «Ваську», и ничего плохого в этом не видят. А вот настоящим маркером «местный/неместный» считают бытовые слова вроде «гречи», «куры» и «парадной».
— Коренные жители никогда не скажут греЧка, — утверждает одна из пользовательниц «ВКонтакте».
Казалось бы, мелочь, но именно по таким деталям тут отличают «своих» от «понаехавших»
«Медленнее петербуржцев только эстонцы»
Второй миф, который, к слову, активно поддерживают сами петербуржцы, — их легендарная невозмутимость и размеренность, которые гости города часто принимают за медлительность. В соцсетях любят рассказывать, что коренной житель северной столицы способен терпеливо просидеть полдня в очереди без единого вздоха или без особых недовольств простоять несколько часов в пробке ради поездки на залив. Впрочем, как раз эта наша черта вызывает у многих тихую зависть.
— Петербуржцы — спокойные, интеллигентные, размеренные люди. Медленнее них только эстонцы. Могут стоять в очередях без возмущения, всё делают не спеша, стоят в пробках по несколько часов ради пляжа летом, — делится наблюдением одна из участниц интернет-сообщества.
Приезжие вообще быстро учатся отличать эту особенность: если петербуржец жалуется — значит, всё действительно плохо, потому что по мелочам он даже бровью не поведёт.
Мрачные депрессивные «токсики»
Третий пункт претензий — максимальная закрытость и холодность петербуржцев, а ещё — стойкая нелюбовь к позитиву даже там, где, казалось бы, есть повод порадоваться. Удивительно, но пока сами жители Петербурга гордятся тем, какие они воспитанные и вежливые, в интернете о них нередко отзываются как о нелюдимых и мрачноватых типах.
— Люди в Питере депрессивные, злые и чёрствые с полным отсутствием эмпатии, вы заметили? — пишет одна из участниц женского форума.
— Может, совпадение, но почти все петербуржцы, с которыми я общалась, были агрессивными, недружелюбными и грубыми людьми, — подтверждает другая.
— Да, Петербург — это энергетическая мясорубка. Люди со слабой энергетикой быстро погружаются в депрессию, — соглашается третья.
В сети даже родилась шутка на эту тему: мол, коренные петербуржцы при виде разводящегося моста говорят не «вау», а «б**». То есть даже разведённый мост, главный символ города, ради созерцания которого тысячи туристов едут в Петербург, у местных не вызывает ничего, кроме раздражения.
Не знают свой город
Ещё одна претензия, которую гости Петербурга довольно часто предъявляют местным жителям — плохое знание собственного города, что, признаемся, довольно неожиданно для образа петербуржца-эрудита.
— Пришлось как-то пойти по одному адресу в центре города по делам. Чтобы срезать путь до метро, решил пойти не главной дорогой, а срезать дворами. Чую, заблудился. Вижу парня, останавливаю: «Скажи, пожалуйста, куда идти на ближайшую станцию метро?» — «Я не знаю, я не местный», — отвечает парнишка. Немного подумав, я поинтересовался у парня: «А сам-то откуда?» — «Из Купчино я», — отвечает парень, — рассказывает автор истории.
Оказалось, что парень — петербуржец, просто не выезжал за пределы своего района с рождения, потому и не знает, что и где находится в центре города.
Дело здесь, разумеется, не в лени или глупости, а в самой географии Петербурга — город действительно большой, состоит из десятков районов и островов, и каждый петербуржец десятилетиями крутится в своём маленьком мирке, будь то Купчино, Ржевка или Автово, выезжая в центр или другой район только по крайне редким и исключительным поводам. Миф о жителе, знающем каждый закоулок родного города, разбивается о банальную логику: незачем помнить дорогу туда, куда ты никогда не ездишь.
Расчленинградцы и их «чёрный юмор»
Нередко приезжих шокирует специфический, даже пугающий чёрный юмор петербуржцев, который приезжие связывают с криминальной репутацией города. После череды громких убийств с расчленением — дело доцента Соколова, история с гибелью рэпера Энди Картрайта и ряд других инцидентов — в соцсетях даже закрепилось новое прозвище города: «Расчленинград».
— Коренных ленинградцев реально взбесить может только одно: это если перед тем, как сбросить тело в Мойку, его по какой-то причине не расчленили. В остальном это самые спокойные и дружелюбные люди на свете, — шутят в соцсетях.
Подобные шутки нравятся не всем:
— Это же убийства, как можно смеяться над преступлением? — возмущаются поборники морали и этики.
Впрочем, психологи этот феномен давно объяснили: чёрный юмор и доведение страшных новостей до абсурда — это обычный защитный механизм, с помощью которого горожане справляются со страхом перед реальной жестокостью.
Особая каста «ленинградцев»
Конечно же, образ коренного петербуржца в глазах гостей города далеко не всегда однозначно негативный. Многие, напротив, восхищаются интеллигентностью, спокойствием и прекрасным вкусом в одежде, которым славятся обитатели Северной столицы, особенно на фоне более броского и статусного московского стиля. Как метко подмечают наблюдатели, петербуржцы ходят в «серой и скромной» одежде, никаких там страз, мини, крутых брендов и прочих московских понтов, но при этом умеют выглядеть очень оригинально и элегантно.
Немалая заслуга в формировании этого положительного образа принадлежит старшему поколению горожан, которое приезжие выделяют как совершенно особую культурную группу, отличную даже от «обычных» петербуржцев.
— Ленинградцы — это особая каста, они другие. Они добрее, они открытые, они бесконечно любят свой город со всеми его ветрами, дождями и тяжёлым небом. Они знают историю своего города, чтят блокадников и ненавидят тех, кто таковыми пытается называться. В общем, если вы встречали ленинградцев, то вы поймёте, о чём я говорю, — делится наблюдением одна из пользовательниц соцсетей.
Показательно, что даже сами петербуржцы проводят чёткую границу между собой и этим поколением. Молодые горожане признают: «ленинградцы» для них — это в первую очередь бабушки-блокадницы, старшее поколение, которое принципиально не признаёт никакого «Питера», а только «Петербург» или даже «Ленинград». Эта категория людей воспринимается как хранители подлинной истории города, и в этом смысле «ленинградец» — не географическое, а нравственное звание, заслужить которое можно только прожитой жизнью и памятью, передающейся из поколения в поколение.
Даже бомжи читают стихи
Ещё одна причина, по которой приезжие восторгаются жителями Петербурга, — уровень образованности, который свойственен даже самым маргинализированным слоям городского населения. Туристы часто рассказывают, что только в этом городе можно подискутировать об искусстве или поэзии с пьяницей, собирающим бутылки у мусорки.
— Тут бомж может рассказать, почему именно он не согласен с Ницше, и разобрать творчество акмеистов. Это круто, — убеждён один из гостей города.
Подобные истории выглядят вполне правдоподобно, ведь согласно опросам, почти 70% петербуржцев имеют высшее образование, что заметно выше среднего показателя по стране. К тому же культурный фон, накопленный десятилетиями благодаря университетам, театрам и музеям, создаёт особую атмосферу, когда даже случайный разговор с незнакомцем может внезапно обернуться лекцией о героях Достоевского или декламацией Ахматовой.
Впрочем, некоторые наблюдатели считают, что этот образ отчасти уже устарел: сегодня в город массово едут не за интеллектуальной средой, а за атмосферой свободы и лёгкой жизни, и всё чаще Петербург описывают как пространство, где культура существует скорее для туристов, чем для самих горожан.
Девушки «без ценника»
Отдельный пункт восторга приезжих — петербургские девушки, которых часто описывают как редкое сочетание живости и внутреннего такта. В отличие от расчётливых москвичек, петербурженки славятся естественностью, начитанностью и умением мягко, но чётко обозначить границы без лишней драмы.
— Петербурженки очень весёлые, но при этом не пристают к парням и умеют культурно обозначать некультурный список требований, — описывает свои впечатления один из гостей города.
— Если в Москве видно на каждой женщине примерный ценник и сценарий диалога при знакомстве, то в Питере девушки вызывают настоящий интерес, — признаётся другой приезжий.
Так и живёт наш город: одной рукой отталкивает угрюмостью, снобизмом и шуточками про расчленёнку, другой — притягивает бабушками-хранительницами памяти, очаровательными девушками и философствующими бродягами у мусорки. Кто знает, может, именно в этом контрасте и кроется секрет петербургского характера?
